Путин как аватар

Статья в журнале Forbes «Владимир Путин — аватар и человек» о том, что сделало российского премьера международным брендом. Фрагмент:

Владимир ПутинПутин — самый раскрученный отечественный бренд, первая ассоциация, которая возникает в мире в связи с образом России. И это парадокс. Ведь одновременно распространена точка зрения о том, что Россия — страна угасающая, обреченная на экономическую и демографическую деградацию, а соответственно, и на неизбежное ослабление геополитических позиций. И доказательств тому немало. Почему же лидер этой «страны без перспектив» так демонизирован?

Наиболее простое объяснение: даже в состоянии упадка Россия остается ядерной сверхдержавой, способной напоследок устроить большой фейерверк. Но важнее то, что Путин — своеобразное зеркало фобий и страхов Запада, из-под ног которого уходит идейно-политическая опора, а особенности личности российского вождя как будто подчеркивают и напоминают это.


Феномен Путина как международного бренда состоит из нескольких компонентов. Во-первых, отсвет бренда ушедшего — КГБ. Российского премьера до сих пор аттестуют как бывшего агента (шпиона) легендарной советской спецслужбы. Во-вторых, до сих пор не прошедшее окончательно удивление тем, что Россия, которую, в общем-то, сбросили со счетов в 1990-е (как минимум на пару десятилетий), так быстро пришла в себя и восстановила свое место среди значимых держав. В этом видят заслугу второго президента, которую признают даже его недоброжелатели. В-третьих, Путина в мире считают сильным и изощренным тактиком, который добивается целей, переигрывая оппонентов. Это спорно, поскольку часто он, похоже, добивается не тех целей, которые ставил, а жесткость — оборотная сторона отсутствия всего остального. Но это видно изнутри. Извне же российский лидер похож на хитроумного гроссмейстера, который всегда играет черными, но выигрывает. И связано это с четвертым, пожалуй, самым важным компонентом.
На фоне мельчающих мировых лидеров Путин ярок. Даже хамство в адрес контрагентов, которое он чем дальше, тем меньше стремится скрывать, окутывает его флером. А кроме того, на фоне торжества лицемерия в международных отношениях, когда правила либо не действуют вовсе, либо производят донельзя искаженный эффект, Путин последователен. Отстаивая — сознательно или неосознанно — классические принципы суверенитетов и баланса сил, премьер-министр, по сути, постоянно твердит более продвинутым партнерам, что вместо старой доброй Вестфальской модели ничего столь же стройного и обоснованного не появилось. Все остальное — лишь словесное оформление неуправляемости. И (это, пожалуй, главное) напоминает им о том, что мировая система целостна, все взаимосвязано, и всякое действие влечет последствия.
Мысль банальная, но удивительно неожиданная для архитекторов, прежде всего, американской политики. Продвигая свободу (и свои гео-политические интересы) на постсоветском пространстве, оказывается, можно натолкнуться на сопротивление вплоть до вооруженного отпора, как случилось в Грузии. Уничтожая заклятого врага в Багдаде во имя установления там демократии, получаешь резкое усиление другого и куда более опасного недруга в Тегеране. Вмешиваясь в процесс свержения пустынного царька в Триполи, надо быть готовым разбираться с его сомнительными «демократическими» преемниками и что-то делать с аналогичными ситуациями в соседних странах.
Путин разрушает иллюзии. Американские — что все можно решить саsе by саsе, а если не решить, то перевернуть страницу и начать заново. Европейские — что добиться своего можно монотонным повторением мантр и обволакиванием партнеров. Наконец, Путин брутально меркантилен и привержен пацанским «понятиям», от чего на респектабельных западных политиков веет не¬приятным холодком опасности.
Все это не столько реальный премьер-министр России, сколько его публичный «аватар», который видят сквозь призму своей психологии внешние партнеры. На деле Путин, если отвлечься от риторики и некоторых публичных проявлений, не всегда дальновиден, но достаточно расчетлив, осторожен и ощущает допустимые рамки. Он играет исходя из нулевой суммы, и при этом отлично понимает, что безудержная максимизация прибыли рискованна. Пожалуй, основная проблема в том, что он откровенно презрительно относится к большинству иностранных собеседников, по крайней мере западных, считая их слабыми, лицемерными и корыстными (надо признать, не всегда безосновательно). Но это совсем неподходящий фон для выстраивания политической линии в непростой мировой ситуации. Тем более что реальная Россия намного более слаба и уязвима, чем тот образ, который создает ее руководитель.
Следующий срок президентства будет временем диалектического противостояния Путина-аватара и Путина — реального государственного деятеля. От того, кто возьмет верх, зависит очень много.

Опубликовано 8 ноября на www.forbes.ru.
Автор статьи: Федор Лукьянов,
главный редактор журнала «Россия в глобальной политике»

3 комментария


  1. Большой, огромный плюс ВВП, что он делает то, что обещал. Обещал «замочить терорристов» — замочил, где Басаев, радуев, масхадов и другие знаковые фигуры — на дне сортира. и так во многом.

    Ответить

  2. Но очередной провал роскосмоса очень бьет по престижу России, по ВВП и по ЕР.

    Ответить

  3. Вот пример, как действия лично Владимира Путина нанесли удар престижу России. Не будь закрыта его личным решение станция слежения на Кубе, проблем со спутником могло и не быть.

    Ответить

Добавить комментарий для Глеб Васильев Отменить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.