НЕКЛЕССА: А вот я попробую затронуть проблему долгосрочного будущего, и если я нарисую следующую картинку: стратегический союз Соединенных Штатов с Китаем, для чего на сегодняшний день неожиданно появились основания в сфере того же, скажем, финансового кризиса и определенных схем его разрешения между Китаем и Соединенными Штатами, но я имею в виду в данном случае не только экономический союз. И действительно, то, о чем Вы вели только что речь – союз между Европой и мусульманским миром, тоже имеющий определенные серьезные экономические основания, в том числе проблему энергоносителей. И действительно то, о чем, Борис Вадимович, Вы говорили – место России в этом сообществе. Какое будущее в той конфигурации, которая может сложиться в мире, окажется у отношений Америки и России, будущей Америки и будущей России?

МЕЖУЕВ: Я попытаюсь ответить на этот вопрос, наверно, на этот короткий вопрос. Мне кажется, что будущее России – во-первых, я не очень верю в этот союз, особенно союз Соединенных Штатов и ислама.

НЕКЛЕССА: И Китая.

МЕЖУЕВ: Ну, с Китаем сложнее. Союз с Китаем уже фактически есть какой-то, он связан с определенными финансовыми обязательствами…

БЕНЕДИКТОВ: Дело в том, что все-таки это в основном инициатива Полсона, потому что…

МЕЖУЕВ: Да-да, инициатива Полсона. Там много, действительно, факторов, двигающих в эту сторону, но я думаю, тут нет серьезных идеологических оснований. Обама явно нацелен на этот союз.

НЕКЛЕССА: Но я бы даже не ограничивал наш разговор темой, фигурой Обамы. То есть речь идет о стратегическом будущем Соединенных Штатов.

МЕЖУЕВ: Я как раз совершенно не про фигуру Обамы хочу сказать. Мне кажется, конфликт, который Обама пытается заменить своим change’м, то есть конфликт между, условно говоря, «золотым миллиардом» и «третьим миром» – этот конфликт существует, и он будет развиваться. Тут никакие серьезные паллиативные меры вряд ли что-то изменят. Поэтому в глобальном масштабе, в долгосрочном масштабе, не в масштабе каких-то краткосрочных действий, то, безусловно, место России заключается в том, чтобы оставаться вне этого конфликта, чтобы выстраивать свои отношения и с «третьим миром», свои собственные отношения, не давать возможности направить этот «третий мир», в частности, тот же ислам, против России, и с другой стороны, ни в коем случае не включаться в эту, знаете, глобальную революционную какую-то игру, что мы пытались…

НЕКЛЕССА: Вы считаете ненужным в нее включаться?

МЕЖУЕВ: Ни в коем случае, ни в коем случае.

НЕКЛЕССА: Мне кажется, что те перемены, которые происходят в мире, настолько носят системный характер, что позиция «не включаться в перемены» может привести к определенной такой исторической автаркии.

МЕЖУЕВ: А это и нужно. Я и считаю, что России необходима данная историческая автаркия. Понимаете, все перемены переменчивы, и те перемены, которые нам сулят новые лидеры, безусловно, имеют какой-то кратковременный характер. А главная историческая, безусловная задача России – это сохранить свои ценности, сохранить свое собственное видение будущего и не подключаться к внешним, иногда манипулятивным, иногда действительно серьезным историческим течениям, которые идут вокруг нее. А этих течений, собственно, два: мир стремится к стабильности – это естественное стремление, стремится к порядку, имперскому порядку (при Буше мы видели данный полюс в максимальном развитии), и мир стремится к разрушению порядка. И вот эти две тенденции – американцы пытаются играть то на одной, то на другой, пытаются то играть на стороне сил порядка, то играть на стороне сил обновления. И на самом деле, я думаю, в конечном счете это подорвет Соединенные Штаты, потому что невозможно все время сидеть на двух стульях.

НЕКЛЕССА: Но ведь это же исторический процесс, это исторический процесс – перемены, трансценденция обстоятельств, преодоление каких-то возникающих препятствий и нахождение новизны. Вот, Вы упомянули понятие «сохранение собственного видения будущего».

2.Теперь по тренду -то о чем Хазин рассуждает.
Почему выбран=назначен "черный брат"?
Чтобы резьбу не сорвать.
Тут важен градиент (производная) состояния умов и настроений.
При "черном брате" пройдет плавнее (градиент - меньше). Как было у нас с Горби. Только постепенно все поняли что ж..а. А здесь фактор времени оч. важен. Имеет место эффект привыкания к плохой повестке.
Ну а потом - с "черным братом" будет легче запустить механизм "козла отпущения" .
Думаю такое у них ИМХО.
ЗЫ - У кого у них? - у тех, кто мега-фонд избирательный Обаме наскирдовал влегкую и быстро.